Яндекс.Метрика
ПУБЛИКАЦИИ

Где взять 25 млн. новых рабочих мест?

Где взять 25 млн. новых рабочих мест?

От положительного решения этой задачи зависит будущее России.

 

Игорь Березин,

 

Партнер консалтинговой компании Semperia M&S,

Ведущий эксперт исследовательского холдинга «Ромир»,

Президент Гильдии Маркетологов

 

 

 

 

О том, что в России необходимо создать за 15 лет 25 млн. новых рабочих мест Владимир Путин говорил еще в мае 2011-го года. Затем эта тема возникла вновь в сентябре того же года. В самом начале 2012-го он опять вернулся к этой идее в цикле публикаций о своем видении актуальных проблем страны и ее экономических перспектив. К сожалению, никакого развития и конкретизации этой задачи не последовало (будем надеяться – пока); по крайней мере — обсуждение этого вопроса не стало центральным даже в период оживления общественных дискуссий в предвыборный период. А между тем, на мой взгляд, это центральный экономический и политический вопрос, от положительного решения которого зависит будущее нашей страны.

 

Другие ключевые экономические вопросы, такие как:

  • «Состоится ли модернизация?»,
  • «Сформируется ли массовый средний класс?»,
  • «Выйдет ли страна на траекторию устойчивого развития или ее по-прежнему будет „колбасить“ при любых колебаниях внешнеэкономической конъюнктуры?»,
  • «Займет ли Россия устойчивые позиции в десятке (а лучше – пятерке) крупнейших экономик мира?»,
  • «Удастся ли провести реформу пенсионной системы таким образом, чтобы обеспечить сегодняшним тридцатилетним достойную старость?»,
  • «Станет ли новое жилье действительно доступным хотя бы для половины россиян?»

Прямо или косвенно связаны с решением этой главной экономической задачи.

 

Несколько упрощая, констатирую, что есть три варианта решения этой задачи. Первый – создать тысячу новых гигантов индустрии по 25 тысяч рабочих мест на каждом из них. Второй – создать благоприятные условия для появления 3-5 млн. малых предприятий, по 5-10 рабочих мест на каждом из них. И третий – стимулировать создание ста тысяч компаний среднего бизнеса, с численностью занятых по 100-500 человек на каждом из них.

Дотошные «математики» могут мне возразить, что с арифметической точки зрения возможно бесконечно множество решений этой задачки различающееся пропорциями трех „ингредиентов“. 500 гигантов индустрии, 40 тысяч средних компаний, 0,5 млн. малых предприятий. 300 крупных, 30 тысяч средних, миллион – малых. 200 крупных, 20 тысяч средних, 2,5 млн. малых. И так – до бесконечности. Отвечаю – с арифметической точки зрения ДА – все корректно. С прикладной административно-экономической – все промежуточные варианты являются ложными выборами. Безумно сложно, на грани наших возможностей сосредоточить ресурсы и эффективно ими распорядиться даже если будет выбрана одна „чистая стратегия“. Любая попытка распределить (распылить, распилить) скудные финансовые, интеллектуальные, организационные ресурсы по трем направлениям обрекает решение „задачи про 25 млн. рабочих мест“ на полный и скорый провал. Итак, три пути.

 

«Тысяча АвтоВАЗов»

 

Арифметически похожая задача была решена в нашей стране в 30-е годы ХХ века в ходе запоздалой модернизации; она же – «сталинская индустриализация». Гуманитарная цена экономического рывка оказалась чудовищной. Физическое уничтожение крестьянства как класса, разграбление, обнищание и упадок деревень, алкоголизация значительной части городского пролетариата и работников сферы обслуживания; моральный (да и физический) террор в отношении интеллигенции, инженерного корпуса и даже бюрократии (до 1953 года). В результате была создана мощнейшая индустрия, ориентированная в первую, вторую и третью очередь на обеспечение военного паритета с сильнейшими державами того времени. Сначала — Германией, затем — США. Материало-, трудо-, энерго- затратная и чудовищно неэффективная с точки зрения „мирной экономики“. Последствия Россия расхлебывает до сих пор.

 

На мой взгляд, уже только одних этих соображений было бы вполне достаточно для того, чтобы не рассматривать всерьез первый вариант решения обсуждаемой проблемы. Но, для менее чувствительных персонажей, все же добавлю еще пару – тройку «гвоздей». Нам сегодня не очень понятно, что делать с одним АвтоВАЗом. На полном серьезе периодически обсуждается вопрос – „А не лучше ли его все же закрыть совсем и прекратить эти мучения?“. Лично я считаю, что положительный ответ на этот вопрос был бы серьезной ошибкой. Не лучше! Но, при этом я отдаю себе отчет в том, что борьба за спасение „флагмана отечественного легкового автомобилестроения“ влетает государству российскому (и нам – налогоплательщикам) ой в какую немалую копеечку. Просто страшно подумать о том, что таких „АвтоВАЗов“ через 10-15 лет может оказаться 500 или тысяча.

 

Создание административным путем даже не 1000, а хотя бы и 200 новых гигантов индустрии – это прямой и верный путь в государственный монополистический капитализм. Его отличие от хорошо знакомого нам (гражданам старше 40 лет) реального социализма состоит только в том, что при таком устройстве экономики и общества государство и корпорации даже не будут делать вид, что их заботит решение каких-то там социальных задач.

Все это медицинское обеспечение, доступное образование, достойная старость, комфортная среда обитания и прочие «гуманитарные глупости» на десятилетия станут сферой заботы и ответственности благотворительных фондов, религиозных организаций, подвижников, добровольцев и волонтеров.

 

Ну, и наконец, хотя конечно, с этого надо было начинать. 1000 гигантов индустрии способны создать 25 млн. новых рабочих мест за 15 лет. Только это будут вовсе не те места, о которых говорил Путин и которые нужны России. Они не будут современными, высокотехнологичными, эффективными и высокооплачиваемыми. Просто потому, что эти понятия несовместимы. Гиганты индустрии без разницы – российские, американские или французские способны создавать миллионы низкооплачиваемых рабочих мест, требующих минимальных навыков и квалификации, но зато усердия в исполнении однотипных рутинных процедур, точного следования инструкциям и регламентам. А когда граждане Франции или США теряют интерес к занятию таких рабочих мест, гиганты индустрии не создают миллионы новых – «современных» рабочих мест. Они либо завозят в страну менее притязательную рабочую силу, либо переводят свои производства в те страны, где такая рабочая сила проживает.

 

 

«Три миллиона лоточников»

 

 

Не буду «тянуть кота за хвост». Три миллиона новых малых предприятий, наверное, могут создать 25 млн. новых рабочих мест в нашей стране даже не за 15, а лет за 5-7. Но эти рабочие места не будут современными, высокотехнологичными, эффективными и высокооплачиваемыми. Это будут рабочие места в мелкой розничной торговле, бытовом обслуживании, ремонтно-строительной сфере, частном извозе, индустрии гостеприимства и прочих отраслях. Никакой связи с модернизацией такое решение иметь не будет. Хотя десятки тысяч трезвых сантехников и сотни тысяч вежливых продавцов – это само по себе очень даже и не плохо.

 

И все же не удержусь. 20 лет назад в нашей стране была объявлена свобода предпринимательства. Возрождение капитализма в России началось в условиях множества обременений и перекосов, начиная с разгула организованной преступности и заканчивая разрывом хозяйственных связей с вчера еще «братскими» советскими республиками. А вот административные барьеры и налоговое регулирование были минимальны. Как бы там ни было, от пяти до десяти миллионов человек в течении двух-трех лет попробовали себя на ниве частного предпринимательства. Пускай – и не формализованного. В наследство от тех лет нам досталось порядка 150 тысяч крепких фермерских хозяйств (вместо ожидавшихся трех миллионов), около 15 тысяч компаний среднего бизнеса, полтысячи банков, полтысячи частных вузов, ну и еще кой-чего по мелочи. И стойкое неприятие (как минимум лично для себя) идеи предпринимательства от 90% тех, кто „себя попробовал“ и при первой же возможности вернулся на завод, в школу, в поликлинику, в институт и т.д. или „нашел себя“ в качестве наемного менеджера.

Наверно, не очень приятно признать, что идея массового мелкого предпринимательства не очень соответствует сложившемуся за века менталитету народа, населяющего нашу страну. Но все же стоит хотя бы иногда вспоминать слова Альберта Эйнштейна – «делать то же самое снова и снова, и при этом ожидать иного результата – это и есть клиническая глупость».

 

 

«Сто тысяч миссионеров»

 

 

Итак, с одной стороны, очевидно, что «задачку на 25 млн. рабочих мест» может решить только средний российский бизнес. А с другой стороны создание 100 тысяч (да хотя бы и 50 тысяч) новых компаний и „современных“, высокотехнологичных, высокооплачиваемых, эффективных рабочих мест за 15 лет на первый взгляд кажется абсолютно неподъемной задачей для хилого российского среднего бизнеса.

 

Но, — «Дорогу осилит идущий» и „Путь в 10 тысяч ли начинается с трех маленьких шагов“. Решение задачи, конечно, не может быть и не будет простым. Предстоит решить множество проблем, согласовать множество интересов, принять множество компромиссов, затратить массу времени и сил инвестировать немало денег. Но, первые шаги в направлении решения этой сложной задачи представляются достаточно простыми, не требующими ни грандиозных усилий, ни серьезных инвестиций.

 

Во-первых, следует немедленно признать средний бизнес самостоятельным субъектом рыночных отношений. А то сегодня даже стилистически средний бизнес всегда оказывается где-то на «задворках» бизнеса крупного или даже малого. Прислушайтесь: „крупный и средний бизнес“, „малый и средний бизнес“ — это устойчивые лингвистические конструкции, привычно используемые и в СМИ, и в официальных документах. А вот – „средний, крупный и малый бизнес“, „средний, малый и крупный бизнес“ даже как-то „режут ухо“ своей непривычностью.

 

Второй шаг, конечно потребует некоторых усилий и небольших затрат на согласование, но он крайне необходим. Надо законодательно определить критерии и параметры отнесения организации к среднему бизнесу. Сегодня такого определения нет. Есть определение «малого бизнеса». И все что не попадает под определение малого бизнеса, по умолчанию, считается бизнесом средним или крупным. Что – „Газпром“, что агентство кадрового консалтинга в котором работают 78 человек. Было бы весьма не плохо, при установлении законодательных рамок учесть отраслевую специфику. Поскольку – „средняя нефтедобывающая компания“ — это совсем не такой же средний бизнес как „средняя компания по разработке программного обеспечения“.

 

Имея четкое определение можно попробовать провести «перепись среднего бизнеса» в стране. Это, конечно дело довольно хлопотное и затратное, но масштаб работы и денег не сопоставим с масштабом расходов по оборудованию всех избирательных участков веб-камерами. А пользы будет больше.

Сегодня же оценки количества компаний среднего бизнеса реально работающих в нашей стране имеют разброс от 20 до 150 тысяч. При этом самые крупные компании известны в «лицо и по именам»: Форбс-200, Эксперт-400, РБК-800. А сосчитать количество реально работающих предприятий малого бизнеса вообще не представляется возможным. Зарегистрировано – более пяти миллионов. Реально работают от одного до двух миллионов. При этом у каждого толкового предпринимателя имеется по нескольку юридических лиц. Вот и разбирайтесь.

 

Признав средний бизнес самостоятельным субъектом, необходимо будет оптимизировать законодательство и режим налогообложения с учетом его интересов и возможностей. Которые, с очевидностью отличаются от интересов и возможностей и крупного и малого бизнеса. Сегодня режим налогообложения и администрирования для среднего бизнеса таков, что предпринимателю через 3-5 лет успешного ведения малого бизнеса интересней и выгодней его закрыть и открыть три новых малых бизнеса, чем переходить на недружественный режим регулирования среднего бизнеса.

 

Сто тысяч новых компаний среднего бизнеса с 25 миллионами новых эффективных, технологичных, высокооплачиваемых рабочих мест только на первый взгляд кажутся чудовищно неподъемной задачей. Разделив на 15 лет и 80 субъектов Федерации, получаем – по 70-100 новых, «хороших» компаний среднего бизнеса в каждом регионе в год. Такая ли это неподъемная задача? А если включить в показатели по которым оценивается эффективность работы губернаторов пару критериев, связанных с созданием благоприятных условий для среднего бизнеса, чтобы он создавал в регионе высокотехнологичные и хорошо-оплачиваемые рабочие места? А если „хорошо попросить“ транснациональные корпорации работать с российскими компаниями среднего бизнеса  — хотя бы в рамках соглашений о локализации производства в России? По крайней мере ничто не мешает сделать это предметом переговоров в рамках обсуждения условий предоставления „площадок“, а также федеральных и региональных преференций и льгот.

 

Мы ведь понимаем, что около каждой такой средней, «хорошей» компании уже через год-два ее работы появится десяток малых, нацеленных на удовлетворение ее спроса. Спроса квалифицированного, высокотехнологичного. И если хотя бы одна из ста таких средних, высокотехнологичных и эффективных компаний вырастет в крупный бизнес, то через 10-15 лет у нас будет искомая тысяча крупных эффективных компаний, только появившихся не по воле административных причуд, а вполне „естественным“ путем. А это ведь – совсем другое дело.

Березин Игорь