Яндекс.Метрика
ИНТЕРВЬЮ С ЧЛЕНАМИ ГИЛЬДИИ

Тенге – надежный защитник чиновников от деклараций о доходах

Тенге – надежный защитник чиновников

от деклараций о доходах

 

Кризис может быть не только губительным, но и благотворным, если к бизнесу приложить мозги: ведь новые угрозы – это новые возможности

 

Элина Синицына – независимый аналитик рынка, ее конек – маркетинг. Долгие годы преподавала в алматинских вузах, но затем ушла из сферы образования на вольные хлеба, и никакими коврижками теперь обратно ее не заманишь. По словам Синицыной, в институте преподаватель ее профиля вынужден заниматься чем угодно: ремонтом кабинета за свой счет, «мониторингом» посещений студентами занятий и т.д., — но только не экономической наукой. Элина стала известна благодаря точным экономическим прогнозам и серии статей в республиканской прессе. Наш сегодняшний разговор – о том, как себя чувствует мировой кризис.

 

 

На финско-китайской границе все спокойно

 

— На фоне последних событий – расстрел на заставе «Арканкерген», суды в Жанаозене, уничтожение экстремистов в Алматы – из зоны нашего внимания куда-то подевалась вторая волна кризиса. Он вообще есть – кризис-то? Или мы его не замечаем?

 

— Мы к нему привыкли. Но придет еще и третья волна. Хотя, если смотреть объективно, то кризисы нужны и важны – для того, чтобы слабые ушли, а сильные развивались. На глобальном уровне причиной кризиса конца «нулевых» явилось то, что в декабре 2001 года в ВТО приняли Китай. И мировое производство „перетекло“ в КНР и Тихоокеанский регион. Потому что земли, капитала, ресурсов и трудолюбия там с избытком. Дешевая рабочая сила – дешевая продукция.

 

— В результате сегодня 80 процентов населения планеты одеваются в китайское.

 

— Даже олимпийская сборная США на церемонию открытия Игр в Лондоне едва не вышла в форме, сшитой в Китае. Обратите внимание: то, что произведено в Поднебесной, в цене не растет. Растет то, что они не могут произвести: услуги парикмахерских, проезд в общественном транспорте, коммунальные услуги и т.д.

 

Идея-то ВТО разумная: экономическая взаимопомощь, открытые таможенные границы, единые требования к продукции. И поначалу поддержка была реальной, особенно для сельхозпроизводителей. Эта модель работала, и в организацию стали подтягиваться другие государства. Но затем, с приходом в Китая, в странах-членах ВТО, стало останавливаться производство…

 

— …из-за низких цен китайских производителей и вытекающей отсюда фактической монополии КНР на рынке.

 

— Да. Недавно читала статью английской журналистки, которая предложила прожить один день «без Китая». Она не смогла прожить. Одежда, еда, приправы, бытовая техника, даже таксистов в Великобритании теперь китайских много. Очень мобильная нация оказалась. Западные страны сами создали такую ситуацию и сами же от нее пострадали, хотя ее можно было предусмотреть, поставить Китаю жесткие условия.

 

— А Казахстан почему так долго вступает в ВТО?

 

— У Китая требование – снять ограничения на ввоз рабочей силы. Такого наплыва трудовых ресурсов наш рынок просто не выдержит. Но вступать рано или поздно придется. Есть анекдот: «2030 год. На финско-китайской границе все спокойно». К этому все идет. Китайцам не надо воевать – они и без оружия скоро весь мир завоюют.

 

Перед кризисом резко растут цены

 

— Вы начали беседу с того, что кризис может быть не только губительным, но и благотворным…

 

— …если мозги приложить. Допустим, Nescafe, по оценкам экспертов, занимает 60-68% казахстанского рынка. А эта компания расширила его как раз в кризис 1998 года. У Procter&Gamble именно в кризисные времена наблюдался рост по многим позициям. В этот период развивались многие корпорации – Honda, например. А Coca Cola в 2009 году купила завод в Китае за $2 млрд.

 

— А у нас?

 

— А у нас специалистов в экономике нет вообще. Программа «Болашак» своей роли не сыграла. Отечественные „гарвардские мальчики“ угробили сахарное производство: они не понимают, что такое сельскохозяйственное производство. Они покупали сахар-сырец на бирже по $500-600 за тонну, а сюда ввозили по $950 — при том, что транспортировка оплачивалась отдельно. Скажите: куда делись $350 с тонны?

 

— Есть же завод по переработке сахарной свеклы.

 

— Свекла «сдохла». В прошлом году ее собрали 8 тыс. тонн, А завод запускают при 10 тыс. тонн, иначе он нерентабелен. В итоге сахар в магазине стоит 150-160 тенге за кило. А мог бы стоить 120. Такие специалисты.

 

Еще одна большая наша ошибка. Когда рынок начинает трясти, кризис-менеджерами у нас выступают финансисты, а не маркетологи. Нужно знать реальные потребности населения и удовлетворять именно их. А не тупо поддерживать производство вообще. Да, крупные зарубежные корпорации тоже страдают во время кризиса, но мягче из него выходят: у них есть антикризисный план «Б». У таких компаний, как Tetrapak, стратегия расписана на 50 лет вперед. Японцы переходят на малолитражные автомобили, потому что запасов-то нефти на сколько осталось? А в Казахстане ни экономисты, ни производители за рынком вообще не следят. Но ведь во всех кризисах очень много закономерностей.

 

В 2009 году в Турции смели с книжных прилавков «Капитал» Маркса, который в одной из глав описал схему развития кризиса на примере текстильной промышленности Англии. Шаг за шагом, по неделям, по месяцам он рассказал, что происходит с ценами на рынке – на сырье, на готовую продукцию, на трудовые ресурсы.

 

Кстати, невероятный, но объективный факт: перед любым кризисом идет неизбежный взлет цен. Причем двух-трехкратный. Сначала на сырье – нефть, древесину, руду, а затем на все остальное.

 

Другая бешеная закономерность: цены выросли вдвое – в течение одной-двух недель население резко меняет структуру потребления. Люди не будут покупать два кило мяса – они купят килограмм качественной колбасы. Не станут пижонить тремя сотками – выберут одну, но хорошую.

.

— О собственном производстве в Казахстане говорить проблематично. Но даже то, что выпускают, неконкурентоспособно, и мы по-прежнему ориентированы на импорт. По какой причине?

 

— Страна, как и раньше, страдает от засилья импорта, и Таможенный союз показал эти болевые точки. Отечественные производители не знают своих потребителей и почти никогда не задают себе вопрос: почему люди должны покупать наш товар? Они не понимают, что один доллар, вложенный в маркетинг, приносит пять долларов дохода. А всё потому, что рынка у нас нет.

 

-? ??

 

— Рынок начинается тогда, когда доход на человека достигает $1600 в месяц. А мы сейчас живем в среднем по Казахстану на уровне бедности и нищеты — $400. Единственное исключение – к рынку движутся Алматы и Астана, здесь доход свыше тысячи долларов.

 

Казахстан – перевалочная база для чужой продукции

 

— Таможенный союз действует уже больше года. О его плюсах уже доложило правительство. А какие подводные камни повылезали?

 

— ТС многое сделал не в пользу его участников. Допустим, я отправила товар в Россию, сопроводив его таможенными документами, составленными по форме, принятой у нас. Но там другая форма, и мы почему-то должны ее принять. Опять же, в единую номенклатуру товаров не все из них включены. Кондитеры, малая авиация, производители запчастей, владельцы интеллектуальной собственности в ужасе: их продукция и услуги оказались за бортом единой номенклатуры, и они, как и раньше, подвергаются двойному налогообложению. 

 

Но самое главное — у нас по некоторым видам продукции (я посмотрела статистику) объем экспорта превысил объем производства! Иначе говоря, Казахстан превратился в перевалочную базу чужой продукции.

 

— Кто же в итоге выиграл от вступления в Таможенный союз?

 

— Прежде всего – Россия. Ей стало крайне выгодно торговать с Казахстаном: российская продукция (не считая бензина) намного дешевле нашей. Да у нас и производства-то почти нет. Еще в советские времена мы занимали 13-е место в Союзе из 15 по выпуску товаров народного потребления. А раз ничего не было – откуда ему взяться?

 

— Получается, правы национал-патриоты, когда говорят, что Казахстан проиграл от вступления в ТС?

 

— Любое международное экономическое соглашение будет проигрышно для Казахстана, потому что отечественный производитель у нас не защищен. Государство развивается только за счет собственного производства. Никакой экспорт сырья и дутое насыщение рынка импортом его не заменит. Ведь к нам завозят фактически лишь дополнительную стоимость товара, а зарплата персоналу, земля, капиталы – они там остались, в стране-производителе.

 

Расписание на завтра

 

— Элина, в газете «Время» вы неоднократно давали весьма точные экономические прорицания. Сделайте прогноз для Казахстана на ближайшие годы.

 

— Постоянный рост цен на услуги. Впрочем, на транспортные услуги он уже пошел. После второй волны кризиса, в которой штормит Евросоюз, наступит третья. Она будет связана в основном с социальными проблемами. В большей части мира, к которой относится и Казахстан, среднедушевой доход не дотягивает до нормального уровня жизни. Мы тут говорим не об излишествах, а о первоочередных потребностях – нам нужно питаться, одеваться, оплачивать коммунальные услуги, лечиться, учить детей, куда-то ездить на отдых.

 

— Вы ожидаете рост социальной напряженности?

 

— Да. К сожалению.

 

— В каких регионах – промышленных? Или, может быть, на селе?

 

— В сельскохозяйственных районах – меньше всего. Там люди, конечно, страдают иногда от засух и низких урожаев, но вырастить десяток мешков картошки, чтобы прокормить семью и скот, означает, что они обладают хоть каким-то капиталом. Социальные взрывы будут в городах, потому что мы ничего не сможем произвести в своих квартирах. Но люди в города из аула тянутся: как же, в Алматы доход — $1000-1200 на человека в месяц. Но это все равно, что мерить среднюю температуру по больнице.

 

— В ВТО мы все-таки вступим в ближайшие годы?

 

— Заставят.

 

— Кто нас может заставить?

 

— Россия, которая уже вступила в ВТО, будет испытывать товарное давление со стороны Европы и — с целью ослабления этого напряжения — настаивать, чтобы и мы открыли таможенные границы.

 

— Будет ли в Таможенном союзе единая валюта – нанорубль, скажем, который предлагает Григорий Марченко?

 

— Нет. Во-первых, Россия свой рубль не отдаст. Во-вторых, единая валюта подразумевает единое и обязательное декларирование доходов, с которым в России очень жестко. В этом смысле тенге – надежная защита наших обеспеченных слоев населения, бизнесменов и чиновников, от деклараций о доходах.

 

Беседовал Вадим БОРЕЙКО

Синицына Элина